В Чертогах Крома
едь новую жизнь начинать очень непросто...
Темные глаза Са'Адара грозно сузились.
- Ты издеваешься надо мной! Над моим саном! А значит, над собой самим и над Са! - Его рука подобно змее метнулась вперед и сомкнулась на плече Уинтроу. Мальчик по-прежнему держал поднос, на котором носил завтрак отцу. Он чуть не уронил посуду на палубу. - Своими делами ты позоришь свое посвящение и самого Са! - продолжал Са'Адар. - Этот корабль порожден смертью и разговаривает на ее языке, и тот, кто посвятил себя Богу Жизни, не может прислуживать ему! Еще не поздно все исправить, паренек, подумай об этом! Вспомни, кто ты есть! Встань на сторону жизни и справедливости! Этот корабль по праву принадлежит тем, кто своими руками захватил его! Этот ковчег неволи и жестокости мог бы стать плавучим храмом праведности и свободы...
- Пусти, - тихо проговорил Уинтроу. И попытался вывернуться из хватки безумца.
- Это мое последнее предупреждение! - Са'Адар придвинулся совсем близко, его жаркое дыхание отдавало тухлятиной. - Последняя возможность для тебя отринуть былые ошибки и обратить стопы на истинный путь к славе! Твой отец должен быть предан суду. И если ты послужишь этому благому делу, твое собственное падение будет прощено и забыто, и я сам об этом объявлю. А далее корабль должен быть передан тем, кто по всей справедливости должен им обладать. Внуши эту мысль Кенниту! Он тяжело болен и не сможет противостоять нам. Однажды мы уже поднялись и сбросили деспота. Неужели он думает, что мы не сумеем сделать это снова?
- Я вот что думаю, - ответил Уинтроу. - Попробуй я сказать ему нечто подобное, для тебя это будет означать немедленную смерть. Для меня, кстати, тоже... Послушай, Са'Адар. Удовлетворись тем, что он и так дал тебе: возможностью начать жизнь заново. Хватай обеими руками этот шанс и живи! - Уинтроу снова попытался высвободиться, но руки жреца на его плечах только сжались сильнее, а зубы ощерились в весьма неприятном оскале. Уинтроу почувствовал, что начинает терять самообладание. - Отпусти немедленно! - потребовал он. - Дай пройти!
А сам очень ярко припомнил, каким был этот человек, пока томился в цепях, в трюме “Проказницы”. Стоило ему освободиться, и первое, что он сделал, - отнял жизнь Гентри. А ведь тот был по-своему неплохим человеком... Уж всяко показывал себя с лучшей стороны, чем когда-либо удавалось Са'Адару!
- Предупреждаю тебя... - снова начал бывший жрец Са, но Уинтроу было довольно его бредней. Загнанное внутрь горе и давно копившаяся ярость вырвались-таки наружу. Он что было силы ткнул Са'Адара деревянным подносом в живот. Тот ничего подобного не ожидал и невольно отшатнулся назад, на миг задохнувшись. Некоторой частью сознания Уинтроу отчетливо понимал: этого довольно. Путь свободен, можно идти... Но нет. С изумлением и как бы со стороны он обнаружил, что бросает поднос и дважды всаживает кулаки жрецу в грудь: сперва правый, потом левый. Неплохие удары, гулкие и весомые... И
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
