В Чертогах Крома
сами управляться с хозяйством. И мы не единственная старинная семья, которой пришлось таким вот образом утесниться, и, пожалуй, оттого, что мы не единственные обеднели, нам приходится еще туже. Наши заимодавцы сами испытывают затруднения. В другое время они охотно пошли бы на уступки, но теперь не могут себе позволить подобного великодушия - ведь у них тоже есть семьи...
И так далее, и тому подобное. Сколько раз уже Малта выслушивала эту тягомотину! Ее потянуло в сон, пришлось приложить все силы, чтобы глаза не закрылись сами собой. Единственное, что представляло некоторый интерес, - это следить за тем, как тетка Альтия выслушивает бесконечную бабкину повесть. Время от времени на ее лице возникало выражение вины и стыда. Странно! Ведь бабка, кажется, ни в чем не упрекала ее. Даже не намекала, что, мол, если бы та сидела дома, то, может, сумела бы что-нибудь сделать... И тем не менее Альтия вела себя так, как будто ее вслух обвиняли в предательстве.
Когда же бабка дошла до того, как семья Хупрусов перекупила закладную на “Проказницу” и, таким образом, маленькая Малта уже не могла достойным образом сразу дать Рэйну от ворот поворот, тетка даже бросила на нее короткий взгляд, полный сочувствия. Малта вовремя напустила на себя мученический вид.
- Ты, конечно, заметила, как переменился и дом, и сад, - завершала свою речь бабушка. - Теперь ты знаешь, что это не небрежение, а сознательная жертва. И я вот о чем хочу тебя попросить, Альтия. Оставайся дома. Одевайся как полагается и веди себя смирно. Быть может, с позволения Кефрии ты займешься кое-какими нашими землями, которым требуется... более энергичный присмотр. Если же ты нуждаешься в большей... свободе, ты можешь взять маленькую ферму из моего приданого. Инглби - тихое и уютное место. Оно только расцвело бы, если бы кто-нибудь как следует приложил к нему руки. Быть может, в этом ты нашла бы достойный выход своей энергии. Ты увидела бы, как...
- Мама! Я совсем не за этим вернулась домой, - почти со скорбью проговорила Альтия. - Мне не нужны игрушки, и выхода своей энергии я не ищу. И срамить свою семью подавно не собираюсь. Я вернулась, чтобы помочь, но заниматься буду тем, в чем я наилучшим образом преуспею. - Тут Альтия посмотрела мимо бабушки, прямо в глаза сестре: - Кефрия... Ты знаешь, что “Проказница” должна была стать моей. Ты всегда это знала. И я пришла заявить о своих правах на нее. Избавить ее от позорной участи работоргового корабля и сделать так, чтобы она приносила семье настоящий доход.
Малта вскочила, как подброшенная:
- Не смей! Это папочкин корабль! Он никогда не позволит тебе его отобрать!
Глаза Альтии сверкнули огнем, но она сдержалась. Только на миг крепко стиснула зубы. А потом отвернулась от Малты. Она обращалась по-прежнему к Кефрии.
- Сестра, - ровным голосом проговорила она. - Права на корабль принадлежат только тебе. И только тебе решать, что с ним будет дальше. Удачный - это не Калсид
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
