Джеральд Старк
ала о тебе и все гадала, как ты там, в море? Пошли в заднюю комнату, я чаю согрею, там и поговорим...
И, еще не договорив, она повела Альтию за собой. Задняя комната представляла собой все ту же захламленную пещеру, которую Альтия помнила по прошлому разу. Повсюду стояли верстаки с раскиданным инструментом и недоделанными бусинами. Одежда, висевшая на крючках или уложенная в сундуки. В одном углу - кровать, в другом - неприбранная лежанка. И очаг, в котором теплился огонек.
- Чай - это здорово, только времени у меня нет, - сказала Альтия, - по крайней мере сейчас. Мне надо кое-кому срочное послание передать. Но я сразу загляну к тебе, как только смогу! Я так и хотела сделать, а тут ты первая меня на улице разглядела...
- Для меня очень важно, чтобы ты в самом деле зашла, - ответила Янтарь, и тон ее был настолько серьезен, что Альтия подняла голову и пристально посмотрела ей в глаза. - Это дело такого рода, - сказала Янтарь, - что в двух словах все равно ничего не объяснишь.
Альтия ощутила укол любопытства, но у нее своих забот было по уши, так что пришлось отложить расспросы на потом.
- У меня тоже есть к тебе разговор с глазу на глаз, - сказала она. - Причем вопрос достаточно деликатный. Может, мне тут вообще встревать не по чину... но дело в том, что она... - Альтия сглотнула. - Нет, наверное, надо тебе сказать, причем прямо сейчас... хотя я с капитаном Тенирой еще об этом не заговаривала... - Альтия тряхнула головой и пошла, что называется, напролом: - Ты понимаешь, я тут плавала на живом корабле... на “Офелии”. Вышло так, что бедняжке здорово досталось, и мне кажется, что ты могла бы ей помочь. На подходах к Удачному мы сцепились с калсидийской галерой, и Офелия обожгла себе все руки, пока от них отбивалась. Сама-то она говорит, что ей совершенно не больно... вот только руки держит все время сомкнутыми... или еще как-нибудь долой с глаз их прячет... Я, собственно, даже не знаю, насколько сильно она пострадала и может ли ей помочь такой опытный резчик, как ты, ведь она обгорела, но я...
- Сцепились? С галерой? Они напали на вас?.. - в ужасе переспросила Янтарь. - Прямо здесь? В водах Внутреннего Прохода?.. - Она с трудом выдохнула и уставилась мимо Альтии, ни дать ни взять созерцая иные пространства и времена. Ее голос зазвучал как-то странно: - Воистину, злая судьба сорвалась с цепи и мчится на нас! Иногда время течет медленно и дни тянутся за днями, убаюкивая нас и вынуждая думать, будто неизбежное, которого мы все страшимся, грянет еще очень не скоро... А потом - р-раз! - и вдруг наступают те самые черные дни, о которых говорили пророчества, и мы понимаем, что безвозвратно упустили время, когда еще не поздно было отвратить от себя самое страшное!.. Сколько же мне надо прожить, пока я наконец поумнею?.. Нет времени... его нет... да и не было никогда. Завтра может и не наступить, но вереница “сегодня” сплетается в цепь, и “сейчас” - это единственный срок, который нам дан, чтобы
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
