В. Г. Короленко
. — Мы обещали на обратном пути навестить одного больного приятеля. Извините, но это срочно.
— Какого приятеля, Катя? — Мещерский был само непонимание и недовольство.
— Андрюшу Галкина. У него же спортивная травма, — выпалила Катя, не моргнув глазом. — Ты что, разве забыл?
— Н нет. А ты уверена, это сегодня?
— Дима, пожалуйста, во он там остановите, — Катя ласково улыбнулась Базарову. Пока она прощалась с ним и Лизой, выражала соболезнование, просила держаться и не падать духом, звонить, если что, Мещерский ей лишь поддакивал. Когда же машина Базарова, скрылась из виду, он заметил:
— Во первых, Андрюха из Измайлова давно смылся, квартиру поменял с доплатой. А во вторых, его в Москве вообще сейчас нет. Он группу туристов в Тунис сопровождает, вернется недели через две. Впрочем, если тебе понадобился предлог, чтобы...
— Галкина в Москве нет? Вот досада! — Катя засунула руки в карманы летнего пиджака. — Что ж ты мне раньше не сказал!
Мещерский только вздохнул: и он же еще виноват! Галкин — старинный приятель и соратник по Столичному географическому клубу — слыл среди своих друзей отчаянным оригиналом. Работу в туристической фирме он ухитрился совмещать с преподаванием на курсах тибетской медицины и космической биоэнергетики. Как и многие другие, он чувствовал в себе наличие недюжинного экстрасенсорного дара, а также пылко увлекался всяческой мистикой. По сути же дела он являлся для своих друзей ходячей энциклопедией и неистощимым кладезем информации по самым разным вопросам истории религии, философии, культуры, востоковедения, мифологии и этнографии. Катя обожала толковать с Галкиным, когда встречалась с ним на вечеринках у Мещерского.
Как никто другой, Андрюша умел занимательно пугать ее рассказами про ведьм, колдунов и чародеев, до мельчайших подробностей прослеживать генеалогическое древо героев «Илиады» или сообщить рецепты ведической кухни для похудения.
— Вот досада то, Сереженька, — Катя топнула каблуком по асфальту. — Как назло, уехал. А он нужен мне позарез.
И немедленно. Я хочу с ним посоветоваться о...
— О чем? — Мещерский кротко и устало улыбнулся. — Эх, Катенька, с тобой соскучиться невозможно.
— Да невозможно! Лови частника, Серж, — велела Катя, бросив взгляд на наручные часики. — Время детское. Семи еще нет. И я официально приглашаю тебя на ужин. Помнится, ты нас с Вадькой курицей под китайским соусом мечтал угостить. Отварная курица у меня как раз дома в бульоне плавает. Соус за тобой. Пока будешь вспоминать все его ингредиенты и кашеварить, я кое какие книжки полистаю, надо кое что проверить. А за столом обсудим. Договорились?
— Что обсудим? Соус?
— Вон, вон частник тормозит! — крикнула Катя, как всегда уходя от ответа. — И не стесняйся меня — торгуйся с ним, как на восточном базаре. А то тебя вечно эти шоферюги облапошивают, пользуются твоим воспитанием.
Мещерский послушно поспешил к
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
