В. Г. Короленко
ди, дети.
Пока вопрос с госпитализацией не решится, то к нам. Да стой ты, Серафима, спокойно! Не укушу я тебя.
Бомжиха на секунду умолкла. Взгляд ее тусклых глаз скользнул по Колосову, Кате, Мещерскому. Вдруг глаза ее расширились, дико округлились. Она дернулась и начала бешено вырываться.
— Оборотень! — заорала она, тыча грязным пальцем в Дмитрия. — Кровью залит весь... Держите его, не то убегет!
Убегет — загрызет! В лесу, в чаще обернется — перевернется...
Оборотень, оборотень! Шерсть свою наружу вывернул, смотрите, не упустите его, пока он человеком смотрит! — На губах ее заклокотала пена, она испустила страшный крик и выгнулась вся дугой на руках у ошеломленного Сидорова. Тот поволок ее в отдел, крича дежурному, чтобы ему помогли.
— Сумасшедшая, — Колосов повернулся к Базарову. — Эпилептичка, наверное.
Дмитрий с брезгливым любопытством смотрел вслед бомжихе.
— А почему оборотень? — спросил он. — Это ведь она меня испугалась. Какой причудливый бред, надо же.
Катя вздрогнула. Ей вдруг стало жарко: кровь прилила к щекам. Она судорожно вцепилась в рукав Мещерского.
— Ты что. Катюш? — спросил он удивленно. — Тоже испугалась, что ли?
На обратном пути в Москву Мещерский вполголоса рассказывал Базарову о Колосове:
— Отличный парень этот майор. Давно его знаю. Всегда поможет, если что.
— Ребят, а у меня все из головы не идет эта сумасшедшая, — признался Базаров, когда фонтан вынужденного красноречия Мещерского иссяк. — Ведь это меня она испугалась. Отчего? И почему оборотень? Что за чушь такая?
Дмитрий взглянул в зеркальце на Лизу. Та упорно смотрела в окно.
— Лиз, ты вообще как? Тебя куда, в Строгино к вам или к родителям? — спросил он.
— К родителям. — Голос Лизы поразил Катю. Что это с приятельницей? Неужели она так переживает из за смерти свекра? — Сил моих больше нет, Димка. Все закончилось.
Финита ля комедия.
— Хочешь, я с ним поговорю? — спросил Базаров тихо.
— Нет, не смей, не лезь! — Лиза подалась вперед, схватилась за спинку сиденья. От резкого движения очки с ее носа свалились на пол. И тут Катя увидела... Тональный крем, густо наложенный на кожу, не мог скрыть под глазом Лизы огромный фиолетовый синяк и глубокую ссадину на виске. Гинерозова быстро наклонилась за очками. Снова отвернулась.
Руки ее дрожали, когда полезла в сумочку за сигаретами. «Когда это Лизка курила?» — подумала Катя. Однако вопросов задавать не стала. Этих самых вопросов накопилось вдруг столько... Однако торопиться со своими вечными «сто тысяч почему» не стоило. Сначала требовалось все хорошенько обдумать и...
Глава 18
ПРОБЛЕМЫ ЛИКАНТРОПИИ
— Дима, пожалуйста, высадите нас с Сережей у метро «Измайловский парк», — неожиданно для Мещерского Катя ткнула в проплывающее мимо них здание станции, залитое огнями зажигающихся вечерних фонарей
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
