В. Г. Короленко
чи увезли. А мне утром надо в фирме быть, поставить всех в известность, проинформировать, все подготовить к... Катя, я не могу, чтобы он умер, понимаете?
Не могу. Я поехал и... Не могу один быть сейчас. Квартира пустая... Простите меня, пожалуйста, что я к вам ввалился...
Она молча прижала его голову к своей груди. Волосы у него были густыми, жесткими, эта седина на висках... А кожа молодая, ухоженная, гладкая, наверное, массажист есть свои, парикмахер, эти молодые «яппи» сейчас за собой старательно следят...
— Ваш брат остался там? — спросила она.
— Я его не нашел. Он после ужина в Отрадное умотал, как всегда. Его черти постоянно где то по ночам носят. Я по дороге туда заехал, разбудил этих его полудурков... Его не было Они не знают, где он.
— Дима, а к вам на дачу, значит, и милиция приезжала? — осторожно поинтересовалась Катя.
— Врач «Скорой» вызвал, говорит, так полагается при несчастных случаях. Сначала приехали какие то в форме — человек пять на «канарейке» своей. Потом парень на белых «Жигулях». С ними дядя Валера говорил, Ванька, бабушка Я не мог. Мне врач укол какой то сделал. Потом цэкабэшники отца забрали. Будет вскрытие — тоже, говорят, обязательно при несчастных...
— Димочка, чем я могу помочь? — Катя заглянула ему в глаза. — Очень, очень жаль вашего отца. Надо быть мужественным, Дима. Вы сильный, надо перетерпеть, подумать о своих близких, о братьях, бабушке. Вы теперь глава семьи. Вы и Степан. На вас...
— Степку семья с некоторых пор не интересует. Его ничего с некоторых пор не интересует, — Дмитрий наклонился к самым ее губам. — А вы со мной как с пацаном говорите, Катя.., как с маленьким мальчиком добрая заботливая мама. — Он провел ладонью по ее волосам, бережно убрал со лба упавшую прядь.
— Чем я могу помочь, Дима? — тихо спросила она.
Хотя что было спрашивать? Все и так было ясно. О нет, маленьким мальчиком тут вряд ли кого можно было вообразить, скорее даже... Катя прикинула в уме: в любовных романах в подобной ситуации герой и героиня находили утешение в самых разнообразных вещах: медленно и со скорбью, медленно и печально... Все устраивалось словно само собой, изящно вниз соскальзывало платье, белье, расстегивались кнопки, крючочки, пряжки на поясе, «молнии» на брюках...
Секс со слезами на глазах, душевная рана излечивается силой внезапно вспыхнувшего чувства... Сплошные «Девять с половиной недель», классический Залман Кинг и... Он был чертовски похож на своего брата! И вправду, одно лицо, точнее, две половины одного лица, два зеркальных отражения...
— В постель я вас не потащу, не бойтесь!
Он разжал объятия. Отстранился. Весь снова как то потух, точно свечу задули. Спросил:
— Вы вся дрожите, холодно вам?
— Да, наверное... Утро свежее, надо окно на кухне закрыть. — Катя чувствовала: надо двигаться, ходить, разговаривать. Не надо молчать!
— Врете вы, Катя. Меня боитес
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
