Анонимам и псевдонимам
Однако, по ходу работы, Халилов неожиданно переориентировал свои источники и на выяснение еще одной детали.
При очередной встрече он вдруг многозначительно сообщил начальнику отдела убийств:
— Знаешь, Никита, мы выяснили железно: Бриллиант Гоша никогда в глаза не видел Акулу. О том, что Грант и этот наркоман — кровные побратимы, он знает, такие слухи в их кагале не скроешь. Но они с Акулой никогда не встречались. Понимаешь? Ни ко гда.
У Рената — человека восточного — имелась излюбленная манера не договаривать фразу и наблюдать за реакцией собеседника: дошло до того или не дошло то, что он хотел в эту фразу вложить. Колосов знал этот фокус и отвечал тем, что хранил дипломатичное молчание. Халилов начал развивать свою идею:
— Ну, возьмем мы группу — ладно. Прокуратура, следователь настоят — легализуем компру, потащим наших в суд — ладно. Но это ж все косвенные доки, Крестный! А с самим Гошей как работать? В камере на такого влиять — дохлый номер. Гошу вся тюрьма знает. Да и он калач тертый, все университеты прошел от нар до параши, — Халилов презрительно приподнял черную бровь. — Шум, гам, суета... Адвокаты, финты ушами, нервотрепка. Глухая молчанка с Гошиной стороны, охи ахи со стороны прокуратуры: «дело разваливается», то, се...
— А ты что конкретно предлагаешь? — спросил Колосов.
— Я? Да упаси аллах, — тут Халилов коснулся православного креста, как всегда, видневшегося в вырезе его щегольского черного свитера, — мне учить вышестоящее начальство. Но я бы, Никита.., я бы в отношении Гоши Бриллианта сыграл по сценарию Лжедмитрия. Помнишь, как в случае с голутвинскими братками?
Никита отлично помнил это дело. За него Халилов получил свою первую награду. И Лжедмитрия он этого помнил, но... Они тогда проспорили часа три. И постепенно Колосов перестал воспринимать халиловскую авантюру в штыки. Ренат был совершенно прав в том, что работать с таким опытным зеком, как Бриллиант Гоша, негласно уже после его задержания в условиях следственного изолятора было бессмысленно. То, что они хотели от него узнать в первую очередь причастен он или не причастен к убийству Гранта, — Михайлов вряд ли бы кому нибудь открыл добровольно.
Халилов предлагал иной подход; сделать все, чтобы Михайлов разоткровенничался вынужденно. Его бы к этому просто принудили, и сделал бы такой наезд на Михайловского лидера, нежданно негаданно вдруг оказавшегося в патовой ситуации, один единственный человек — наркоман отморозок, кровный брат убиенного Гранта, одержимый одним лишь яростным желанием мести за побратима — не кто иной, как Карпов Акула, точнее Лжеакула, в роли которого бы выступил сам...
— Да ты пойми, Крестный, Михайлов Акулу никогда не видел, — настойчиво твердил Халилов. — Это что, для нас не повод для маневра?
Никита отлично понимал, куда он гнет — Лжедмитрий, подставное лицо, в роли которого хотелось выступить самом Ренату. Да, у этого парня был просто талант перевоплощени
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
