Четыре стихии
урившим у входа. Они пропустили его, предварительно
тщательно проверив, нет ли припрятанного оружия, а затем препроводили его
в вестибюль, где он встретился с лордом Моарисом.
- Так вот вы какой, Херндон, - задумчиво произнес Моарис, искоса
глядя на бороду Херндона и даже слегка дернув за нее.
- Я благодарен вам за ту честь, которой удостоила меня ваша светлость
в этот вечер, - сказал Херндон, заставив себя несколько преклонить колени
перед лордом Моарисом.
- Нужно благодарить не меня, - заговорщицки хихикнул Моарис. - Это
моя жена настояла на том, чтобы ваше имя было внесено в список
приглашенных. Но, как я полагаю, вам это все известно и без меня. Ваше
лицо мне знакомо, Херндон. Интересно, где же я встречался с вами раньше?
Моарису, по-видимому, было известно о том, что Херндон уже был у него
на службе. Но Херндон предпочел напомнить о другом.
- Я как-то имел честь перехватить у вас на торгах раба-протея на
невольничьем рынке, милорд.
Какое-то смутное воспоминание промелькнуло на лице Моариса, и он
натянуто улыбнулся.
- Действительно, я, кажется, что-то такое припоминаю. - Прозвучал
гонг. - Мы не должны заставлять Властителя ждать нас, - сказал Моарис. -
Идемте. - Вместе они вошли в Тронный зал Властителя Борлаама.
Моарис вошел первым, как и положено в соответствии с его высоким
рангом. Он занял свое место слева от монарха, который восседал на
возвышенном троне, украшенном знаменами цветов Борлаама, пурпурным и
золотым. Херндон хорошо знал правила этикета и немедленно опустился на
одно колено.
- Поднимитесь, - скомандовал Властитель. Голос его напоминал шуршание
сухих листьев, был едва слышен, но тем не менее был властным. Херндон
поднялся и взглянул прямо на Креллига.
Монарх был высохшим, бесплотным, невысоким человеком. Создавалось
даже впечатление, что он был горбуном. Два, похожих на бусинки, вселяющих
ужас в окружающих, глаза мерцали на его сморщенном, пресытившемся жизнью
лице. Губы Креллига были тонки и бескровны, нос был похож на рубец,
деливший лицо на две половины, подбородок узким клином выпирался вперед.
Затем взор Херндона обратился на то, что окружало монарха. Тронный
зал, как он и ожидал, был поистине огромен. Его высокие своды поддерживали
четыре могучие колонны. Вдоль стен теснилось несколько рядов придворных.
Среди них было немало женщин, и Херндон не сомневался в том, что не один
десяток из них были любовницами Креллига.
Посреди зала с потолка свешивалось нечто, напоминающее огромную
клетку, полностью задрапированную несколькими слоями красного бархата.
Внутри нее, по-видимому, таился какой-нибудь из свирепых хищников -
любимцев Властителя. Возможно даже
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
