Четыре стихии
ебе и Вадьке надиктую, душа моя, так мы с вами втроем, ребята, такую книгу отгрохаем Та акую!» (Катя знала, что отец Кравченко в душе мечтает перещеголять в мемуарах Судоплатова и Хрущева младшего, и всячески поддерживала в нем творческое тщеславие.) Сейчас она протиснулась поближе к старику, и тот молча и крепко взял ее под руку. Но сразу же его отвлекли какие то знакомые. И Катя снова осталась одна в траурной толпе. Чувствовала она себя усталой, и ей было даже не любопытно (это была, наверное, самая сильная черта ее характера), кто все эти Великие и Знаменитые, пришедшие сегодня на Ваганьковское проститься с «гениальным» Базаровым. Грустные и торжественные мероприятия, если они чересчур уж затягиваются по причине опоздания высоких гостей, превращаются в фарс, и для того, чтобы его выносить, нужна железная выдержка.
Увы, Катя таковой не располагала. Чтобы как то отвлечься, она наблюдала за Базаровыми, стоявшими возле самой могилы. Она слыхала, что в Москве их называют не иначе как «клан». Что ж, действительно клан, семья, в лучшем смысле этою слова, с хорошими корнями, традициями и связями.
И как на подбор — все мужчины: сыновья, внуки. Покойный Кирилл Арсентьевич оставил после себя знаменитый след не только в отечественном кинематографе. Катя, как и вся страна, в эти траурные дни постоянно видела на экране телевизора знаменитые базаровские фильмы — от жизнерадостных сталинских комедий начала 50 х, о том, «как хорошо в стране советской жить», до добротных экранизаций русской классики. Патриарх клана оставил после себя не только километры ярких лент, но и крепкий род. Фамилию.
— Терпи, Катька, скоро все кончится, — Кравченко, вынырнувший из толпы, снова наклонился к Катиному уху, прервав цепь ее размышлений. — На поминки не поедем.
Батя сказал: гуляй, молодежь, свободна.
— Нас с тобой, дорогуша, — Катя не удержалась от колкости, — на эти поминки никто и не звал. — А затем непоследовательно и по женски любопытно уточнила для порядка:
— А где поминки, в ресторане?
— В Доме кино. А насчет того, что «не приглашали», ты зря. Все схвачено у нас. Только что нам там делать — одни стариканы там соберутся, былое начнут вспоминать.
Катя только вздохнула: драгоценный В. А, снова в своем репертуаре.
Кравченко младший после окончания института им. Лумумбы, господи, как же давно это было, пошел по стопам героического родителя. Однако уже в 1993 м, после известных событий, покинул ряды КГБ — ФСБ и в погоне за длинным долларом повторил судьбу многих своих коллег — стал профессиональным, как он выражался, телохраном. Последние годы он возглавлял службу безопасности при персоне Василия Чугунова — скандально знаменитого своей дурью московского толстосума. — поговаривали, что у него капитал больше, чем у самого Бориса Абрамовича, более известного в определенных кругах под псевдонимом Чучело.
Увы, удача отвернулась от кравченковского босса: на почве хронического алкогол
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
