Волшебные камни Курага
скрытые в тени тропинки.
- Я имел удовольствие перешибить вашего братца на торгах сегодня
утром, - не без гордости заявил Херндон.
- Перещеголять Моариса? Невероятно! - Херндон пожал плечами. -
Госпожа вызвала его к себе в разгар аукциона, и он вынужден был уйти. В
противном случае протей принадлежал бы ему, а у меня в кармане было бы на
девятьсот стеллоров больше.
- Этих двоих, - сказал Бенджин, указывая на простолюдинов, - зовут
Доргель и Резамод. У них обоих решающий голос в нашей организации - мы не
придерживаемся социальных разграничений. А это, - он сделал жест в сторону
девушки, - Мария. Она принадлежит Доргелю, но отнюдь не возражает против
краткосрочных займов.
- Я не собираюсь брать ее взаймы, - сказал Херндон. - Ну, а какая же
роль в вашей организации отводится мне, Бенджин?
- Принеси один экземпляр, Резамод, - произнес ссохшийся карлик.
Загорелый простолюдин поднялся и направился в темный угол тускло
освещенной комнаты. Некоторое время он что-то искал на ощупь в ящике
стола, затем вернулся с драгоценным камнем, ярко искрящемся в его согнутых
пальцах. Но как только он выложил его на стол, камень сразу же потускнел,
его свечение резко уменьшилось. Херндон сразу же обратил внимание на то,
что ни Хейтман Оверск, ни Доргель, не позволяют себе задерживать взгляд на
самоцвете более, чем на секунду. И он сам, так же, как и они, повернул
голову в сторону.
- Возьми его, - сказал Бенджин.
Самоцвет был холоден, как ледышка. Херндон, шутя, перекатывал его по
ладони и ждал.
- Не торопитесь, - подстрекал Бенджин. - Постарайтесь его изучить.
Испытайте таящиеся в нем глубины. Поверьте мне, это превосходный
экземпляр.
Херндон нерешительно раскрыл свою сжатую ладонь и бросил взгляд на
камень. У него были широкие грани, излучавшие яркий свет и - у Херндона
перехватило дыхание - внутри камня он увидел лицо. Лицо женщины. Томное,
манящее, оно, казалось, взывало к нему из морской глубины...
Херндона прошиб пот по всему телу. Усилием воли он оторвал взгляд от
камня и сжал ладонь; секундой позже он изо всей силы зашвырнул камень в
самый дальний угол комнаты. Затем вспыхнул, взглянул на Бенджина и
набросился на него.
- Мошенник! Предатель! - Руки его протянулись к горлу Бенджина, но
карлик с неожиданной для него резвостью отпрянул назад, а Доргель и
Резамод поспешно вклинились между ним и Херндоном. Какое-то мгновенье Барр
пристально глядел на грузного, вспотевшего Резамода, но затем отступил,
дрожа от гнева.
- Могли бы предупредить меня, - сказал он.
Бенджин виновато улыбнулся.
- Это испортило бы проверку. В нашей организации мы должны иметь
сильных людей. Оверск, что
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
