Волшебные камни Курага
ционера, Херндон оглянулся.
Агозлид готовился к следующей части своей распродажи. За полупрозрачной
занавеской Херндон мельком увидел трех испуганных обнаженных девушек с
Виллидона, которых готовили к показу.
Взглянув после этого в сторону моря, он увидел набережную,
окаймленную невысокой стенкой, и за нею - яркие зеленые просторы Сияющего
Океана. На какое-то мгновенье мысли его устремились на другую сторону
Океана, к дальнему материку Зоннигог, где он родился. Затем взглянул на
объятого ужасом маленького протея, который к этому времени уже наполовину
изменил свою форму.
Девятьсот тридцать пять стеллоров за этого протея. Губы Херндона
искривились в горькой усмешке. Это была огромная сумма денег, намного
больше того, что мог бы он позволить себе с легкостью вышвырнуть на ветер
за одно утро - к тому же в свой первый день возвращения на Борлаам после
длительного пребывания на других планетах.
Но теперь уже ничем нельзя было помочь. Он позволил вовлечь себя в
эту авантюру и отказался сойти на полпути. Больше такого он не допустит,
решил он твердо, думая о сожженной и опустошенной деревне в Зоннигоге,
разграбленной негодяями-мародерами из армии Властителя Креллига.
- Ступай к парапету набережной, - приказал он протею.
Наполовину сформировавшийся рот произнес невнятно:
- Х... хозяин?
- Ты меня понимаешь, правильно? Тогда ступай к стенке. Иди не
останавливаясь и не оборачиваясь.
Херндон стал ждать. Протей сформировал ноги и, шатаясь, нетвердой
поступью побрел по истертым булыжникам. Девятьсот тридцать пять стеллоров,
с горечью отметил про себя еще раз Херндон, и вытащил иглопистолет.
Протей продолжал пересекать базарную площадь в направлении моря.
Кто-то закричал:
- Эй, эта тварь собирается броситься в море! Может быть, лучше
остановить ее?
- Протей принадлежит мне, - холодно отозвался Херндон. - Держитесь от
меня подальше, если вам дорога собственная жизнь.
Несколько человек ошарашенно глядели на него, но никто не посмел
пошевелиться. Протей подошел уже почти вплотную к парапету и в
нерешительности остановился. Даже для самых низших форм жизни
самоуничижение не может быть желанным, несмотря на то, что это может
принести, наконец, избавление от невыносимых страданий.
- Полезай на стенку, - велел ему Херндон. Протей слепо повиновался.
Палец Херндона нежно поглаживал спусковой крючок иглопистолета. Он стал
прицеливаться в протея, который уже взобрался на невысокую стенку и теперь
глядел вниз, в мутную воду бухты, и сосчитал до трех.
При счете три Херндон выстрелил. Тонкая иглообразная пуля молнией
просвистела над булыжниками и вонзилась в спину протея. Смер
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
