Сокровища Гвалура
"Красивое место, - подумал Дункан, - но не природной, а искусственной
красотой, созданной не обычными людьми, как в других замках и парках, а
колдовством конгресса знающих и умелых." Здесь был мир и покой, какие,
казалось бы, не свойственны колдовству. Впрочем, почему?
Ведь колдуны не обязательно должны быть злыми, хотя бывали такие, что
поворачивали свои знания во зло. "Искушение делать зло, - думал Дункан, -
всегда преследовало людей, обладавших такой большой силой, однако зло не
было им присуще. Лишь очень немногие поворачивали ко злу. Может, колдунов
считали злыми только из-за их громадных знаний. Люди, как правило, смотрят
с подозрением и недоверием на тех, кто имеет великую силу и знание, на все
то, чего не понимают, а знания колдунов были, конечно, за пределами
понимания остального человечества."
У ограды из стоячих камней Конрад играл с Тайни, бросая палку, и
Тайни с восторгом бежал за ней и приносил обратно.
Это как-то даже не вязалось с характером боевого пса. Дэниел и Бьюти
стояли в стороне и наблюдали за игрой. Дункану казалось, что Дэниел
смотрит неодобрительно, а Бьюти вроде и сама охотно побежала бы за палкой,
если бы Конрад играл с нею.
Недалеко от Дэниела и Бьюти лежал грифон, по кошачьи обернув вокруг
тела длинный шиповатый хвост и подняв голову.
Дункан услышал шорох позади и оглянулся. С лестницы спускалась Диана,
но какая Диана! На ней было тонкое облегающее платье до пят, с поясом. Ее
огненные волосы резко выделялись на светло-зеленой ткани.
Дункан вскочил.
- Миледи, вы прекрасны и очаровательны.
Она улыбнулась.
- Благодарю вас, сэр. Кто, я вас спрашиваю, может быть красив в
кожаных штанах?
- Даже в них вы излучали очарование. Но в этом платье... У меня нет
слов.
- Не часто бывает, чтобы я одевалась таким образом или имела причины
для этого. Но раз в доме гости...
Она села на ступеньку, и он сел рядом с ней.
- Я смотрел, как Конрад играет с Тайни.
- Они хорошая пара. Вы давно их знаете?
- С Конрадом мы неразлучны с детства, а Тайни я знал щеночком, когда
он был в самом деле крошкой.
- Мэг на кухне, - сказала Диана, - готовит свиные ножки с кислой
капустой. Она говорит, что много лет не ела этого блюда. Понравится ли
вам?
- Конечно. А что отшельник? Я весь день не видел его.
- Он ошалел. Стоит, опершись о посох, и смотрит в пространство.
Беспокойный человек.
- Одурманенный. Неуверенный в себе, раздираемый вопросами. Он сам не
знает, что ему нужно. Много лет он пытался различными способами стать
святым, теперь решил стать солдатом господа, а эта профессия нелегка для
него.
- Бедняга, - вздохнула Диана. - Сам по себе он оче
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
