Сокровища Гвалура
иратов
и бог знает кого еще.
- Но что скажет ваш отец? Ведь он лорд.
Дункан представил себе отца, прямого, как дерево, раздувающего усы,
его серые, как гранит, глаза с теплым блеском.
- Да, он лорд, но и джентльмен. Он будет любить вас, как дочь. У него
не было дочери. У него только я. Моя мать умерла много лет назад. Стэндиш
Хауз давно ждет женских рук.
- Надо подумать, - сказала она. - Но одно могу сказать сразу: я очень
люблю вас.
31
Рой находился на вершине небольшого гребня. Это было страшное
зрелище: чернота, по которой пробегали странные искры, как далекие
зарницы. Временами рой казался монолитным черным шаром, потом вдруг он
становился рыхлым, как моток пряжи, как мыльный пузырь, готовый лопнуть.
Он находился в непрерывном движении, как будто то, что его составляло, все
время меняло место, ища более выгодного положения, перестраиваясь для
достижения идеальной конфигурации роя.
Последив за ним некоторое время, Дункан замечал отдельных членов роя,
но настолько мимолетно, что даже не был уверен, что действительно видел
их.
Он сказал собравшимся вокруг него:
- Вы все знаете, что мы сделаем. Я возьму талисман, подниму вверх,
чтобы его было видно, и медленно пойду к рою. В последних лучах заходящего
солнца камни в талисмане засияют мистическими огнями всех цветов радуги,
но много ярче радуги.
- А если не сработает? - проворчал Конрад.
- Должно сработать, - холодно ответила Диана.
- Должно сработать, - спокойно согласился Дункан. - Но если, кой
грех, не сработает - удирайте отсюда ко всем чертям, возвращайтесь к топи
и держите путь к острову.
- Я не побегу, - заявил Конрад. - К чертям бегство!
Вдруг протянулась рука и выхватила у Дункана талисман.
- Эндрю! - заорал Дункан.
Но отшельник уже бежал к рою, высоко подняв талисман, а другой рукой
держа посох. Рот его был открыт, и он выкрикивал что-то.
- Дурак, похвальбишка, сукин сын! - ругался Конрад.
Дункан бросился вперед, чтобы схватить Эндрю.
Впереди ударила молния. Полуослепленный Дункан увидел Эндрю,
вспыхнувшего ярким пламенем. Через секунду пламя погасло, и отшельник стал
дымящим факелом, который задуло порывом ветра. Тонкие усики жирного дыма
вылетели из его поднятых рук. Талисман исчез, а Эндрю медленно сминался и
упал кучей сгоревшей, дымящейся плоти.
Дункан бросился ничком на землю.
Дикая мысль пробежала в его мозгу: талисман Вольферта не был
талисманом, не его боялась Орда, не он защищал их в долгом странствии по
разоренным землям. "Я должен был понять, - думал Дункан. - На побережье
Орда использовала Гарольда Ривера, чтобы получить то, чего она боялась
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
