Суд Эрлика
лисман не имеет силы, но он плевал на наше
мнение и на нашу дружбу и настаивал, что в его талисмане великая сила. Он
сказал, что мы говорим так из зависти. Мы пытались урезонить его,
говорили, что он для нас - любимый брат, но он не слушал нас и упрямо
встал вещицей, больше чем красивой, потому что Вольферт был искусным
мастером и знал многие таинства, и он создал не только красоту...
- Вы в этом уверены? - спросила Диана.
- Уверен, милая. Вероятно, небольшая сила в нем была. Он уверял, что
с этим дурацким талисманом он может выступить против Орды зла, и это,
конечно, было чистым безумием. Ограниченная сила была, но и только, и уж
конечно она была ничто против зла.
- Почему вы никогда не говорили мне об этом? - спросила Диана. - Вы
же знали, что я искала сведения о Вольферте и надеялась найти талисман.
- Зачем было причинять тебе боль? Я и сейчас не собирался говорить об
этом, просто это вылетело у меня из-за моей глупости и слабости. Я бы не
стал говорить, потому что знаю, как ты предана ему, вернее, его памяти,
потому что он наверняка уже умер. Надо думать, ты говорила мне об этом.
- Сто раз говорила. Я нашла место, где он похоронен. В деревне за
холмами... В последние годы жизни он слыл там святым. Если бы в деревне
узнали, что он колдун, они выгнали бы его.
Старческие глаза затуманились. По щекам покатились слезы. Колдун
махнул рукой.
- Оставьте меня теперь. Идите. Оставьте меня с моей скорбью.
22
Дункан задумался над своей проблемой, которая была для него очень
неприятна.
Таких проблем у него еще не бывало, потому что он по своей натуре не
следовал курсу, ведущему к ним. Всю жизнь он был искренен и правдив,
говорил только то, что действительно думал, не утаивал правды, не говорил
лжи. А то, что он сделал сейчас, было хуже, чем ложь. Это было бесчестно.
Амулет не принадлежал ему. Он принадлежал Диане, и все фибры души
Дункана кричали, что он должен вернуть талисман ей. А он, Дункан, ничего
не сказал о том, что талисман у него, и, глядя на него, члены его отряда
тоже ничего не сказали.
Кутберт говорил, что талисман почти не имеет силы. Однако Вольферт,
прапрадед Дианы, предпочел быть изгнанным с конгресса колдунов, но не
признать талисман бессильным.
Именно из-за навязчивого чувства, почти уверенности в потенциальной
мощи талисмана Дункан и сделал то, что сделал.
Даже если в талисмане есть какая-нибудь сила, дающая минимальную
защиту, он нужнее Дункану, чем кому-либо другому, не для себя, конечно, а
ради манускрипта. Дункан должен доставить рукопись в Оксенфорд, и нет
ничего, что могло бы помочь ему в этом деле.
Не ради себя он стал
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
