Суд Эрлика
е ответил. На лбу его выступил пот, но он надеялся, что Ривер
этого не заметит. "Это не пустая болтовня, - подумал он. - Этот палач так
и сделает."
Ривер, казалось, обдумывал ситуацию.
- Наверное, лучше начать с кого-нибудь другого, - решил он, - а ты
посмотришь, пока подойдет твоя очередь. Этот большой дурень, кажется,
моложе тебя. С ним будет хорошо работать. У него шикарная шкура. Если ее
хорошо снять, можно сделать из нее куртку. Или взять этого занюханного
отшельника, что привязан к дереву. Он будет визжать громче, чем дурень.
Визжать и просить пощады или жалобно взывать к богу. Он все расскажет.
Только я думаю, кожа отшельника такая сморщенная, что не будет стоить
затраченных усилий.
Дункан по-прежнему молчал. Ривер махнул рукой.
- Сегодня уже поздно. Для такой работы нужно хорошее освещение, а
сейчас солнце уже заходит. Лучше начнем с утра, так что у нас в запасе
будет весь день.
Он сунул меч Дункана под мышку, погладил оттопырившийся карман куртки
и хотел уже отойти, но снова повернулся к Дункану.
- У тебя будет целая ночь, чтобы подумать обо всем. Утром поговорим.
Он крикнул своим людям:
- Эйнер и Робин, ваша первая вахта над нашей драгоценной добычей. Не
спускайте с них глаз. И чтобы никаких отметок на них! Я желаю иметь их
шкуры неповрежденными. Если вы упустите их каким-нибудь образом или
оскорбите их неумелым обращением, я вырву вам глаза!
- Ривер, - сказал Дункан, - ты ошибаешься. Нет никакого сокровища. Мы
путешествуем не для каких-либо поисков.
- Ладно, - сказал Ривер, - мы это обсудим позже. Хотя я опасаюсь,
что, если ты убедишь меня в том, что я ошибся, трудно будет снова
приклеить тебе шкуру.
Он сделал несколько шагов к дороге и снова закричал:
- Седрик, черт побери, зачем так далеко? Я же велел разбить лагерь
поблизости!
Откуда-то донесся тонкий голос старого Седрика:
- Здесь небольшая лужайка, чтобы пасти коней, а мы хотели
присматривать за ними, и хороший запас хвороста для костра.
Ривер проворчал что-то, потом сказал:
- Ладно, это, в сущности, не имеет значения. Милорд с компанией
надежно связаны. За ними будут внимательно смотреть, а мы можем и отойти
на два шага.
Эйнер, тот самый, кого согнали со стула в ту ночь в замке, сказал:
- Мы можем перенести их в лагерь для интереса.
Ривер подумал и ответил:
- Нет. Два человека все время будут наблюдать за ними. Зачем тратить
силы? К тому же здесь, в тишине, они соберутся с мыслями и решат, как
вести себя дальше.
Он спустился вниз по дороге. Остальные пошли за ним. Эйнер и Робин,
два здоровых увальня, остались.
Эйнер сказал Дункану:
- Ты слыша
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
