Корабль за облаками
на незаконный обыск, а не на вымогательство.
- Но его заявление содержит и сведения о вымогательстве. По этому составу ведь решение не принято. Давайте прикинемся шлангом, Владимир Иванович, потянем время, а? По заявлению о преступлении в десятидневный срок решение принято?
Принято. А в ходе расследования дела о вымогательстве...
- Подследственного, как вы знаете, органам милиции, - перебил меня шеф.
- Которое прокурор, в соответствии с законом, может в любой момент изъять из производства милиции и принять к своему производству, - возразила я. - Так вот, в ходе расследования дела о вымогательстве мы следственным путем проверим и доводы заявителя о незаконном обыске. По крайней мере, можно будет спокойно все это проверить, не пороть горячку.
- А сопроводительную из городской прокуратуры к "материалу о незаконных действиях следователя Денщикова" сожжем и по ветру развеем?
- Владимир Иванович, но ведь сопроводительная - не процессуальный документ, а технический, в ней можно написать все что угодно. Процессуальным документом будет постановление о возбуждении уголовного дела, в котором можно написать "в отношении такого-то", а можно употребить выражение "по факту". "По факту вымогательства", и все тут. Давайте употребим именно такое выражение, а?
- Что вы казуистикой занимаетесь? - рассердился шеф. Верный признак того, что он готов согласиться.
- Владимир Иванович, - чуть-чуть дожала я, - ну что мы поедем докладывать прокурору города сырой материал? Только засветимся раньше времени. А как потом выходить из положения? Не наша вина, что в данном случае нам установленного законом срока не хватило. Объем работы огромный, и пахать эту целину надо следственным путем. Там требуется проведение следственных действий. Так чего горячку пороть? - убеждала я шефа. - Давайте казуистикой воспользуемся во благо себе. Все спокойно сделаем; в конце концов, из дела о вымогательстве можно выделить материалы про незаконный обыск. Зато все сделаем красиво, будет и доложить не стыдно. А?
- А, делайте что хотите, - махнул рукой прокурор, но уже не сердясь, а улыбаясь.
- Есть! - Я повернулась на каблуках и направилась к двери быстрее-быстрее, пока начальник не передумал.
- Стоять! - раздалось сзади.
Я замерла лицом к двери. Шеф грозно вопросил:
- Оружие получили?
- Ой, Владимир Иванович, может, ну его, а? - умильно залепетала я, повернувшись к нему. - Лишняя морока только. И мне, и вам. Вы же по ночам спать не будете: а вдруг у меня оружие похитят! А так вам куда спокойнее...
- Ладно, идите, - прервал меня шеф.
Я чуть не поскакала на одной ножке к дверям, но вовремя опомнилась и вышла как солидная дама.
В коридоре меня уже дожидался рубоповский водитель, тот самый, с которым мы ездили в Токсово за трупом. В морг, в морг, рога трубят!
По дороге мы обсудили прошедш
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
