Сны Максима Удалова
кого стука.
Там стоял тяжелый запах крепкого вина и человеческого пота. Янни присмотрелась, потом немного отступила, давая Кефрии заглянуть. Рэйн ничком лежал на постели, одна его рука свешивалась вниз до самого пола, касаясь его запястьем. Он тяжело, хрипло дышал. Он спал сном совершенно выдохшегося человека.
И он спал один.
Янни приложила палец к губам и тихо затворила дверь. Когда они отошли на должное расстояние, Кефрия поспешила принести извинения.
- Янни, - начала она, - мне так неловко...
Та обернулась к ней, вымученно улыбаясь.
- Я знаю, эти двое еще заставят нас поволноваться, - сказала она. - Рэйн познал эту страстную любовь, будучи уже не мальчиком... Малта по приезде сюда была с ним неласкова, но я не думаю, чтобы она совсем к нему охладела. Так что чем скорее они смогут между собой договориться, тем и легче будет нам всем...
Кефрия устало кивнула, радуясь про себя, что встретила понимание. Потом спросила:
- Но тогда куда же она могла уйти?..
- Я разделяю твое волнение, - сказала Янни. - Дай я разошлю гонцов порасспросить, не видел ли ее кто-нибудь. Не могла ли она, к примеру, куда-нибудь отправиться с Сельденом?
- Могла, - ответила Кефрия. - Они с братом так сблизились за последние несколько недель. И, насколько я знаю, он давно хотел показать ей город... - Она поднесла ко лбу руку в лубке. - Ты знаешь, подобное поведение заставляет меня усомниться, верно ли я поступаю, оставляя их здесь. Мне казалось, Малта начинает взрослеть... Но вот так уйти неизвестно куда, даже не предупредив...
Янни остановилась посреди узких мостков и взяла Кефрию под руку.
- Обещаю тебе, что позабочусь о твоих детях, как о своих собственных. Нет нужды просить об этом какую-то другую семью. Я приставлю к Сельдену Рэйна... Это ему наверняка на пользу пойдет. Прежде чем самому детей заводить, пусть-ка научится управляться с маленьким непоседой! - И Янни так улыбнулась, что на время сделались незаметны бросающиеся в глаза отличия, присущие жителям Чащоб. Но затем улыбка сменилась почти умоляющим выражением. Она сказала:
- Вчера ты вызвалась совершить ради нас поистине невероятное по смелости деяние... Мне бы не хотелось ни в малейшей степени подталкивать тебя и пытаться повлиять на твое окончательное решение, но... Следует признать, что такой, как ты, шпионки не получится более ни из кого!
- Шпионка... - Кефрия сама удивилась, как странно прозвучало это слово. - Думается мне, что...
Она не договорила. На некотором расстоянии от них тревожно зазвучал бронзовый голос набата.
- Что такое?! - воскликнула Кефрия. Янни уже повернулась в сторону древнего города.
- Это значит, что случился обвал, в котором могли пострадать люди, - сказала она. - В набат бьют только в таких случаях. Это прямая обязанность всех, кто там работает... Мне надо идти, Кефрия!
И Янн
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
