Сны Максима Удалова
ена. Малта застыла от изумления...
Сельден некоторое время тоже молчал. Потом с сомнением осведомился:
- Это Рэйн тебя научил делать, так ведь?
- Нет... Да я и ничего не сделала, просто притронулась. Это джидзин...
Тут некий звук заставил ее наклонить голову и прислушаться. Издалека доносились переливы музыки... Странно. Она не могла определить, какие инструменты играли, но мелодия казалась удивительно знакомой.
У Сельдена округлились глаза:
- Уайли мне говорил, что Рэйну иногда удавалось вызвать такое... А я не верил ему!
Малта спросила:
- Может, это просто само собой случается иногда?
- Ну... может, - согласился он не особенно искренне.
- А что это за мелодия? Ты узнал ее?
Он нахмурился:
- Какая еще мелодия?
- Ну... музыка. Где-то там, очень далеко. Ты разве не слышал?
Сельден долго молчал. Потом сказал:
- Ничего не слышу. Только как вода капает, и все.
- Ну что? - спросила она еще через некоторое время. - Дальше-то пойдем?
- Конечно, - ответил он, но было понятно, что он сомневается. Теперь он шел медленнее, ведя рукой по полоске джидзина. Малта шла следом, стараясь подражать ему. - А куда ты хотела пойти? - спросил Сельден.
- Туда, где погребена драконица. Ты знаешь, где это?
Сельден оглянулся и посмотрел на нее, напряженно хмуря лоб:
- Драконица? Погребена?..
- Так мне говорили. Ты знаешь, где это?
- Нет. - Он поскреб грязными пальцами щеку, оставив на ней бурые полосы. - Я никогда ничего подобного не слыхал. - Он смотрел себе под ноги. - Я вообще-то далеко за место обвала и не забирался.
- Ну так отведи меня хоть туда.
Теперь они шли молча. Некоторые двери, мимо которых они проходили, были взломаны. Малта с надеждой заглядывала то в одну, то в другую. За большинством дверей были только обвалившиеся комнаты, полные земли и корней. Две оказались очищены от обломков, но ничего интересного не содержали. В окнах уцелело стекло, но за ними виднелась земляная стена. Брат и сестра двигались дальше. Иногда музыка звучала яснее, иногда почти совсем пропадала. Малта про себя рассудила, что звук искажали тоннели.
Потом они добрались до такого места, где провалился потолок и подалась одна из стен. Целый каскад земли завалил пол. Сельден свободной рукой указал на самый верх кучи, под потолок, и шепнул:
- Надо залезть во-он туда и протиснуться в дырку. Уайли говорил, какое-то время будет очень тесно, но потом выходишь наружу...
Малта с сомнением смотрела наверх:
- Ты-то хоть там помещался?
Сельден помотал опущенной головой.
- Я... я не люблю, когда тесно. Мне, если честно, и здесь не очень-то нравится. Вот мостики и канатки - это да. А тут, когда мы последний раз лазили, еще и тряхнуло... И Уайли, и мы
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
