Сны Максима Удалова
им доверием и написал эту записку, потом мне удалось бежать... а выдать его я хочу, потому что считаю, что это он во всем виноват!
Кефрия умолкла. Вдохновение оставило ее. "И о чем только я думаю?" - трезво спросила она себя. Весь план был шит такими белыми нитками, что только полный глупец не сумел бы мгновенно его раскусить. Конечно же, другие торговцы сразу это поймут и отговорят ее от опасной затеи. Да и она сама наперед знала, что у нее ничего не получится. Вот младшая сестра Альтия - та смогла бы. И даже у дочери, Малты, хватило бы и смелости, и присутствия духа. Но она-то, она!.. Серенькая домашняя мышка!.. Куда сунулась?.. Все торговцы наверняка уже поняли, что она собой представляет. Они никуда не пустят ее. И вообще, она выставила себя безнадежной дурой, предложив такой смехотворный план...
Торговец Полск свел худые пальцы "домиком" перед собой на столе.
- Что ж, - сказал он. - Ты, похоже, права. И все же я требую, чтобы торговцу Вестрит дали хотя бы сутки на размышление, прежде чем она окончательно решится на это. На ее долю и так выпали немалые переживания... Ее дети будут здесь в безопасности, но ее-то саму мы отправляем в самое пекло, едва ли не на верную гибель...
- "Кендри" отправляется завтра. Она будет готова? - спросила торговец Лорек.
- Мы еще поддерживаем связи с рабами кое-каких "новых купчиков". Они будут снабжать нас новостями. Я дам тебе все имена, чтобы ты их запомнила, - предложила торговец Фрейе. И оглядела стол:
- Полагаю, излишне напоминать, что все говорившееся в этой комнате не должно покинуть ее пределов...
- Конечно. Сама я скажу лишь капитану "Кендри", вернее, намекну, что на его корабле, вероятно, будет тайно путешествовать некто. Некто, о ком и он сам не должен разузнавать, и команду близко не подпускать...
- Тебе понадобятся припасы, вот только мы не сможем в полной мере снабдить тебя всем необходимым, иначе твоя история не будет выглядеть правдоподобно, - забеспокоилась Янни.
- Надо будет сделать для нее браслет. Из чистого золота, но раскрашенный под дешевую эмаль, - добавила Фрейе. - В случае чего хоть выкупиться сможет!
Кефрия молча наблюдала, как обретал живую плоть придуманный ею план. Кем же ей надлежало теперь себя чувствовать? Рыбкой в сети или рыбаком, закинувшим эту сеть? Проснувшаяся дрожь в коленках была весьма знакомым ощущением. А вот крылатый восторг - чем-то поистине новеньким. Во что же она превращалась?..
- Я все же настаиваю, чтобы ей дали хотя бы сутки подумать! - повторил Полск.
- Я поплыву на "Кендри", - твердо ответила Кефрия. - Вверяю своих детей вашим заботам... Сама я им скажу, что, мол, возвращаюсь в Удачный уговаривать их бабушку присоединиться к нам здесь. Прошу вас, не говорите им ничего более!
Головы под вуалями кивнули - одна за другой.
- И будем молиться, - негромко добавила Янни Хупрус, - что к тому времени, к
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
