Сны Максима Удалова
час полно предателей, готовых принести мальчика в жертву ради того, чтобы урвать еще кусок нашей земли и переделать его по образу и подобию Калсиды. Торговцы, нам не обязательно ехать в Джамелию, чтобы узнать, кто наши друзья, а кто - враги. Нужно добраться лишь до Удачного, и сделается ясно, кто наши противники. И здесь, и в столице.
Торговец Лорек вновь треснула кулаком по столу:
- И как же мы это проделаем, а, торговец Вестрит? Любезно попросим, и они нам объяснят? Или ты предлагаешь поймать несколько "языков" и вытянуть у них сведения? Вместе с жилами?
- Ни то, ни другое, - продолжала Кефрия по-прежнему негромко. Она обвела глазами круг обращенных к ней спрятанных под вуалями лиц: судя по завороженному молчанию, они внимательно слушали. - Я могла бы изобразить перебежчицу и прикинуться их горячей сторонницей. Например, вот так... - Она вздохнула поглубже и принялась причитать:
- "Люди добрые, взгляните только, что со мной сделали!.. Пираты взяли в плен моего мужа-калсидийца! Меня выгнали из дома! Моих сына и дочь no-убивали, когда похищали сатрапа!.. Не говоря уже о моем старом друге Даваде Рестаре!.." Я, пожалуй, убедила бы их в том, что я на их стороне. А потом нашла бы способ сообщить вам сюда, что мне удалось обнаружить...
- Слишком опасно, - сразу отмел ее затею торговец Полск.
- Тебе нечего будет им предложить, - вполголоса заметила торговец Фрейе. - Нужно, чтобы у тебя было нечто ценное для них. Скажем, какие-то сведения о нас или о реке. Хотя бы что-то!
Кефрия ненадолго задумалась, потом предложила:
- Записку, собственноручно начертанную сатрапом. О том, что он жив-здоров и молит своих вельмож выручить его. А я предложила бы выдать его...
- Не то, - покачала головой Фрейе.
Кефрию вдруг осенило.
- Мой живой корабль, - сказала она. - Да, вот о чем я могу с ними поторговаться. Они вызволяют моего мужа и корабль. А я, со своей стороны, позволяю им воспользоваться "Проказницей", чтобы подняться вверх по реке, напасть на вас и захватить сатрапа...
- Это может сработать, - неохотно согласилась Янни Хупрус. - Если ты просто явишься к ним, расскажешь о своих обидах и посулишь выдать сатрапа, они начнут подозревать тебя, да и правильно сделают. А вот когда к ним являются просители или с ними начинают торговаться - это им как-то понятней...
- Все может слишком просто рассыпаться! фыркнул Полск. - Допустим, кто-то переговорил с твоей матушкой. Сразу возникнет вопрос, как к тебе попала записка сатрапа? И потом, всем известно, что Малта была обещана Рэйну. Кто поверит, что ты вот так вдруг нас возненавидела?
- Я уверена, что моя мать покинула город в тот же день, что и я. Я же после бала ни с кем не разговаривала; мы все как бы просто исчезли. Я могу даже заявить, что нас похитили заодно с сатрапом, что мои дети умерли от полученных ран, а меня держали с ним вместе. Он облек меня сво
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
