Сны Максима Удалова
ми. А потом он заговорил, едва справляясь с рыданиями и до того невнятно, что она еле-еле понимала его.
- Я знаю... я совершил ошибку. Я знал это все те ночи, что ты пролежала здесь без движения. Это грызло меня, как речная вода грызет упавшее дерево. Я же действительно чуть не погубил тебя... Я думал о том, как ты лежала там в крови, совсем одна... Я бы все, что угодно, отдал, чтобы вернуть время и предотвратить это... Я ошибся. Я совершил страшную глупость. У меня нет даже права молить о прощении, но я все равно прошу... прости меня... пожалуйста, прости...
Он не совладал с собой и все-таки всхлипнул. И прижал к вуали стиснутые кулаки.
Малта обеими ладонями закрыла себе рот, потрясенно наблюдая, как ходят ходуном его плечи... Он плакал!
Она вслух высказала поразившую ее мысль:
- Я никогда не слышала, чтобы мужчина говорил как ты... Я думала, такого вообще не бывает!
В этот судьбоносный момент все ее основополагающие воззрения относительно мужчин разом перевернулись с ног на голову. Или наоборот. С ума сойти - ей не пришлось произносить перед Рэйном долгих речей или загонять его в угол неопровержимыми обвинениями. Оказывается, он был способен признать свою не правоту!.. "В отличие от папочки..." - мелькнула предательская мысль. Малта предпочла на эту тему не размышлять.
- Малта?.. - спросил он голосом, осипшим от плача. Он по-прежнему стоял перед ней на коленях.
- О Рэйн... Пожалуйста, встань!
Видеть его в таком униженном положении - это было уже слишком.
- Но...
И тут она сказала нечто такое, что изумило ее саму.
- Я прощаю тебя. Произошла ошибка, и все.
Она и понятия не имела, как просто окажется выговорить эти слова. Значит, ей не придется носить на душе камня!.. Она смогла перешагнуть через случившееся. Камень на душе не станет камнем за пазухой, который она извлечет когда-нибудь позже, когда вознамерится от него чего-нибудь добиться. Быть может, они с ним вообще не будут заниматься этим в отношении друг друга - выяснять, кто в чем больше виноват и кто кем управляет?..
Но чем же тогда?..
Рэйн выпрямился. Ноги не слишком хорошо держали его. Он повернулся к Малте спиной, приподнял вуаль и по-детски утер глаза рукавом, а потом уже занялся поисками платка. Нашел его и вытер глаза. Она слышала, как он тяжело перевел дух.
Малта негромким голосом решила испытать свои новые соображения:
- Так ты не остановишь меня, если я надумаю прямо сегодня уехать в Удачный?
Он пожал плечами, по-прежнему не поворачиваясь к ней.
- Мне и не придется... "Кендри" отплывет только завтра к ночи. - Это была попытка пошутить. Очень неудачная. Рэйн наконец повернулся к Малте и добавил несчастным голосом:
- Тогда ты сможешь уехать... если действительно захочешь. Все равно отсюда нет другой дороги в Удачный... Или к его развалинам.
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
Золотые слова:
Голос совести и вера в будущее не позволяют подлинному писателю прожить на земле, как пустоцвет, и не передать людям с полной щедростью всего огромного разнообразия мыслей и чувств, наполняющих его самого.
// Паустовский К. Г.
|
